21.5 C
Заречный
Пятница, 19 апреля, 2024

Благочинный Заречного рассказал о чудесах на стройке и в жизни

Когда отец Виктор собрался на месте долгостроя возвести храм, скептики только пожали плечами. Но прошло всего 4 года, и в лесу колокольным звоном возвестил о себе белостенный красавец. 

Батюшка с кувалдой

Отец Виктор знал, о чем говорил. Он ведь уже строил церковь. 20 лет назад в закрытом военном городке Кузнецке-8 местный батюшка задумал превратить в храм молитвенный дом. Витя бегал мимо стройки на озеро – купаться. Сейчас он вспоминает: «Когда ты видишь, как батюшка с кувалдой что-то делает, невольно задумываешься: «Надо разворачиваться и не на пруд идти, а в храм – помогать». В итоге я сначала плавал, а потом работал».

С батюшкой Витя познакомился, когда ему было 7 лет. В том приходе, пока шла служба, повар готовил с детьми пирожки. Вот подружки и позвали Виктора вместе с его братом-близнецом в этом поучаствовать.

Отец Николай заметил мальчишку, предложил помогать ему в алтаре. У паренька и так дел хватало. Он играл на гитаре, занимался дзюдо, рукопашным боем, альпинизмом, отлично стрелял. Сын командира части и сам хотел стать офицером, готовился поступать в Санкт-Петербург. Но и для церкви время находил всегда.

«В батюшке я видел добрый пример жертвенного служения и любви. Он сумел объединить людей и построить храм. Я всегда это ценил, – объясняет отец Виктор. – И не только я. Из нашего прихода вышло много священников. А храм стал самым большим храмом на территории воинской части в России».

Ряса вместо кителя

В 11 классе близнецы уже проходили медкомиссию для поступления в военное училище, и тут Виктор объявил семье, что будет семинаристом. Ошарашенный отец согласился принять эту новость только при условии, что хотя бы один из его сыновей продолжит династию военных. «И брат поступил в Питер, хотя это было очень сложно. Наверное, Бог послал отцу утешение», – рассуждает батюшка.

А вот Виктор в семинарии еще два года сомневался, правильный ли путь выбрал. «Я попал в совершенно другую обстановку. Суета, много людей, священнослужители совсем не такие, как отец Николай. И были колебания, искушения, испытания, – вспоминает он. – Но я понимал, что Господь их посылает, чтобы проверить мою веру».

Поддерживал молодого человека отец Николай – его как раз перевели в семинарию проректором.  К тому же Виктор стал личным секретарем владыки Вениамина. Тот держал его в строгости, так что на привычные юношеские глупости времени совсем не оставалось.

Надо жениться

Даже со своей будущей женой до решения обвенчаться он виделся всего четыре раза. Дочь священника как-то зимой пришла в Успенский собор на службу. Познакомились, стали перезваниваться. Потом было три свидания: в июне, июле и августе. Могло бы быть и больше, но в последний момент владыка всегда находил для Виктора срочное поручение. А пришедшей на встречу девушке оставалось лишь сердиться.

«Наверное, для нее было такое испытание, чтобы она поняла, нужно ли ей это. Священник себе не принадлежит. Он должен быть готовым в любой момент поехать исповедать, причастить, соборовать или еще куда-то», – улыбается батюшка.

Она не сдалась. И на следующей встрече, в сентябре, Виктор ей заявил: «Надо жениться». «Это ты мне предложение делаешь?» – только и уточнила Анна. А 20 октября они сыграли свадьбу. Сейчас у них уже трое детей. Младший родился в Заречном.

Наша газета помогла

Первый раз отец Виктор приехал в Заречный с владыкой Вениамином, когда под храм только залили фундамент. «Я тогда подумал, зачем такой огромный храм в таком маленьком городке?» – признается батюшка. А потом его назначили сюда.

«Когда общался с руководством города, завода, других предприятий, мне все говорили: «Нереально у нас такой храм построить. Нет людей, которые бы пожертвовали такую большую сумму», – вспоминает отец Виктор. – Ладно, думаю, с народом построим».

Стали собирать деньги. Накопили 2,5 млн. Купили арматуру, начали строить, выплатили первую зарплату. Финансы кончились.

И тут позвонил Александр Ярошук. Его жена Ольга Макаренко – из Заречного. К ее родным и друзьям супруги часто приезжают в наш город. Как-то мама Ольги Александровны прочитала в газете «Заречье сегодня», что собирают деньги на храм Серафима Саровского. Сфотографировала статью и отправила дочери. А она показала сообщение мужу. Александр Георгиевич задумался. У него была мечта – построить храм этого святого, потому что с Серафимом Саровским у него была связана личная история. Так все и сложилось.

Чудеса на стройке

Отец Виктор разве что не ночевал на стройплощадке. Сам работал и других вдохновлял. Бригада один срок исполнения заказа называет, а батюшка – другой, чуть ли не вполовину короче. И ведь укладывались! Просто обходились без перекуров и лишних разговоров.

Заметил отец Виктор и такую закономерность: если работают люди верующие, у них все быстро и легко получается, потому что они рассчитывают не только на свои силы, но и надеются на помощь свыше. И она приходит.

Батюшка вспоминает, каким чудом они поставили на место центральный барабан храма. Высоченный кран привезли из Саратова. Чуть приподняли груз над землей – трос оборвался. Оказалось, что вместо заявленных 8 тонн барабан весил 12. Строители сказали, что этот кран не подходит, нужен другой.

«Нет уж, – ответил расстроенный отец Виктор. – Берите завтра новый трос. Я в Пензу на службу уеду, буду там молиться. А вы здесь поднимайте». Ночью не спал, переживал страшно. Но верил, что все закончится благополучно. Так и вышло.

Электроника пищала, работая на пределе возможностей. Но крановщик – человек верующий – поставил барабан на место. Потом поднимали купол. Это очень хотела увидеть Ольга Александровна. Накануне ее не было в городе. Она приехала к храму в ту самую секунду, когда золотая луковка  поплыла в небо…

Было и еще одно чудо. Когда поднимали паникадило, высокие окна в церкви отмывали альпинисты – ребята из клининговой компании. Они настояли, чтобы тяжелую люстру прикрепили еще к одному тросу – для страховки. И оказались правы. Первый трос лопнул, но страховка, которую дали альпинисты, выдержала. Паникадило подняли.

Ты не прораб, а священник

На вопрос, почему он один из первых поехал в зону СВО, отец Виктор отвечает: «Когда каждый день находишься на стройке, начинаешь к службе в церкви относиться неправильно, без души. Нужно себя перезагружать. Туда приезжаешь – там ребята, молитва. Ты молишься столько, сколько не молишься в мирной жизни. И вспоминаешь: ты священник прежде всего. Не прораб, не строитель и не чиновник. Твое дело – служить и помогать окружающим словом Божьим. И еще. Если я туда не поеду, ребята потом вернутся и спросят: «Мы там были, а почему тебя там не было?» На войне нужна вера. Не будет православия – нишу займут сектанты, язычники, католики. Нас там ждут. Приезжаем – отовсюду начинают звонить: «К нам приходите. И к нам. И к нам». Вот и ездим по всем. В 5 утра выехал, в 11 вечера вернулся на точку. Ты не ел, не пил – и не хочется. Зато понимаешь, что день прожил не зря.

Вера их спасает. Многие рассказывают: такой обстрел шел, могли погибнуть 20 раз, а вот ведь живы. Мы сами только ушли из блиндажа, в него прилетело. И на то место, где наша машина минуту назад стояла – тоже. У меня ни одна поездка без обстрелов не обошлась. Первое время было очень страшно. Думал: «У меня же дети… У меня храм недостроенный». Потом научился различать: взрывы слышны – это наши палят. Свистит – это уже к нам летит. Нельзя поддаваться унынию. Туда нужно ехать с планами: что ты будешь делать дома, когда вернешься».

Не зря строили

А дома его ждал недостроенный храм. И он снова пропадал на площадке с утра до вечера. Последнюю неделю перед открытием работал до изнеможения. «В субботу, накануне торжества, все болело. Домой приехал ближе к ночи. Уснуть так и не смог. Думал, как это будет. Волновался», – признается отец Виктор.

А с утра гости приехали – и все само пошло. «Господь, наверное, посмотрел на меня и сказал: «Отойди. Я все сделаю. Иди уже и молись только», – улыбается батюшка. И он радостно молился – вместе со всеми.

А когда праздник закончился, появилось ощущение, чего-то не хватает. И вот тогда он понял: нельзя останавливаться, надо дальше идти и делать. Храм открылся, службы совершаются. Он не пустой. Приходят мужчины, молодежь. Пара из Пензы пообещала в храме обвенчаться, когда его достроят. Кто-то сказал: «Раньше не ходили в церковь, но теперь будем».

«В храм люди идут не к священнику, а к Богу, как в последнее пристанище, где они хотят получить заботу, любовь и милосердие, – говорит отец Виктор. – Если они здесь не найдут этой любви, тогда где еще ее искать? Чем больше людей будут получать любовь в храме, тем больше ее будет в нашем обществе. И тогда наша жизнь изменится к лучшему».

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии

ЧИТАЮТ И ОБСУЖДАЮТ

0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x