13.2 C
Заречный
Воскресенье, 25 сентября, 2022

В 14 лет зареченка встала к станку, чтобы делать детали для «катюши»

О Великой Отечественной войне написаны тысячи книг, отсняты сотни километров киноленты. Люди, пережившие страшное лихолетье, хранят воспоминания о нем всю жизнь. У каждого была своя беда и своя боль. Труженице тыла Анастасии Романовне Кузнецовой сейчас 95 лет. Но о тяжелых военных испытаниях она рассказывает так, как будто это было вчера.

До кровавых мозолей

Войну Анастасия встретила в селе Русская Муромка Мокшанского района. Через три месяца отца забрали на фронт, и мать осталась одна с четырьмя детьми. Страна жила на осадном положении, и снисхождения не делали ни военным, ни гражданским.

«Маме велели отправляться в Большевьясский район копать окопы. Но она не могла оставить младших детей, и пришлось ехать мне – четырнадцатилетней девочке, – вспоминает ветеран. – 80 км женщин и подростков везли на лошадях, а потом выдали лопаты и поставили копать противотанковые рвы».

Худеньким деревенским подросткам приходилось тяжело. Черенки лопат были выше их роста. В первый же день накопались до кровавых мозолей.

«Мы так устали, что вечером сговорились с мальчишками сбежать домой, – призналась Анастасия Романовна. – День и ночь шли пешком, пока не добрались до деревни».

Но за малолетними «дезертирами» приехали из военкомата и потребовали вернуться на работы или отправляться на завод. Иначе отдадут под суд. Деваться было некуда, и Настя поехала работать на «Пензмаш».

Спали в ящиках от снарядов

Маленькая худенькая Настя едва доставала до токарного станка. Долго не могла научиться вставлять патрон, но постепенно станок освоила и заготовки делала почти без брака. В промасленном стареньком платье работала по 12 часов в день – точила детали для знаменитой «катюши».

«Уставала так, что сил не было дойти до барака, где мы жили. Спала прямо на складе в ящике для снарядов, – вспоминает зареченка. – Но хуже усталости был голод. В день нам выдавали 500 граммов хлеба и 200 граммов крупы. Истощенные, мы иногда за раз съедали недельную порцию каши, а потом страшно голодали. Помню, получу коврижку хлеба, повешу ее в пакете около станка и весь день отщипываю понемногу. К вечеру есть уже нечего. Иду в барак и ложусь спать голодной».

Самое страшное уже позади

Надеть тоже было нечего. Единственные ботинки прохудились, и от постоянного переохлаждения нога у Насти распухла до колена. Только после этого станочницу перевели на инструментальный склад. Там она и встретила победу.

«Сколько буду жить – не забуду этот день, – не скрывает слез ветеран. – Измученные работой, изголодавшиеся, мы плакали и смеялись. Ходили по Пензе всю ночь и пели песни под гармонь. Нас не пугало, что нужно восстанавливать страну после военной разрухи. Казалось, что самое страшное уже позади».

Спустя 77 лет после Победы Анастасия Кузнецова не устает повторять, что война – самое страшное испытание в жизни. Фото из личного архива Анастасии Кузнецовой

Чтобы небо было мирным

С 1958 года Анастасия Романовна живет в Заречном. 22 года отработала она на ПО «Старт». Вырастила двоих детей, двоих внуков и пять правнуков. О войне вспоминать не любит, но праздничный кардиган с медалями на 9 Мая надевает обязательно.

«Как мы выживали, никакими словами не расскажешь. Хорошо, что наши дети и внуки выросли под мирным небом. Страшное испытание – война», – не устает повторять ветеран.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии

ЧИТАЮТ И ОБСУЖДАЮТ

0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x